Выбор редактора ДК №10 Культура

«Россия не может существовать без больших целей…»

Режиссер Сергей Дебижев — о причинах событий 1917 года, «цветных революциях» и русской цивилизации

Сергей Дебижев, 60 лет.
Режиссер и сценарист документальных и художественных фильмов, культуролог, актер, автор видеоклипов, автор и режиссер телепрограмм. Родился в городе Ессентуки Ставропольского края. Кинематографом занимается с 1985-го года. С 1995-го года снимает музыкальные клипы с участием звезд русского рок-н-ролла.
Основные работы
• 1991. Игровой полнометражный фильм «Два капитана-2» с участием многих представителей художественной элиты Санкт-Петербурга. Главные роли в фильме сыграли Сергей Курехин и Борис Гребенщиков. Фильм стал культовым в молодежной среде и принес автору широкую известность.
• 1997. Клипы Олега Газманова «Мой храм» и «Москва», снятые при поддержке Правительства Москвы, Патриархии и Фонда возрождения Храма Христа Спасителя.
• 1999. Музыкальный фильм «1812» на торжественную увертюру П. И. Чайковского, снятый для серии «Золотая серия «КОДАК».
• 2004-2006. Серия фильмов о мировых культурах и религиях (Индия, Камбоджа, Израиль, Испания, Италия, Таиланд), созданы при поддержке Министерства культуры РФ.
• 2007-2010. Полнометражная игровая драма «Золотое сечение» (режиссер-постановщик и автор сценария в соавторстве с Константином Мурзенко). В главных ролях: Ксения Раппопорт, Алексей Серебряков, Рената Литвинова, Виктор Вержбицкий, Михаил Ефремов.
• 2010. Музыкальный фильм «Русалка» по опере А. Дворжака и документальный фильм «Сокровища Петербурга» об истории Михайловского театра.
• 2013-2014. Документальный фильм «Последний рыцарь империи» (автор сценария и режиссер). В 2015 году фильм получил главный приз в конкурсе неигрового кино на XXIII Фестивале российского кино «Окно в Европу» в Выборге и главный приз как лучший неигровой фильм на IX Международном кинофестивале «Русское Зарубежье» в Москве.

Текст: Анатолий Шлыгин
Фото: Андрей Семченко, Василий Батанов, Алексей Павлишак

Накануне 100-летия революции Фонд «Ялтинский международный экономический форум” организовал в Крыму премьерные показы документального фильма «Раскаленный хаос». Картина известного петербургского режиссера Сергея Дебижева — это рассказ о причинах февральского переворота и Октябрьской революции: Первой мировой войне, внешних и внутренних заговорах, приведших к крушению монархии и всего миропорядка.

Просмотры фильма состоялись при поддержке Министерства культуры Республики Крым в крупнейших зрительных залах Симферополя, Севастополя, Ялты, Евпатории и Красноперекопска. Автор «документального блокбастера» приехал на полуостров и провел пять встреч со зрителями, отвечая на вопросы публики после каждого показа.

В интервью «Деловому Крыму» Сергей Дебижев делится своим взглядом на первопричины революции и размышляет о выводах, которые нам стоит сделать, чтобы не повторить ошибки прошлого.

«Цветная революция» 1917 года

— «Раскаленный хаос» показывает события 1917-го года как спровоцированный извне государственный переворот…

— Ив фильме детально, по пунктам доказывается, почему это была именно «цветная революция», кто был в ней заинтересован, чьими руками и на чьи деньги ее совершали, к чему все это в итоге привело. До 1917-го года Россия занимала главенствующее положение в Европе. Это очень не нравилось внешним силам, поэтому сначала Россия была втянута в Первую мировую войну, а потом выведена из числа победителей при помощи революции.

В случае победы в Первой мировой Россия получила бы Босфор и Дарданеллы, получила бы выход в океаны и стала просто хозяином мира. Конечно, нашим конкурентам этого нельзя было допустить, и все их силы были брошены на то, чтобы вывести Россию из войны через революцию.

— Внешние силы могли финансировать революционную деятельность, давать деньги на создание и работу оппозиционных партий, на стачки и митинги. Мы наблюдаем такое и сегодня. Но что двигало ближайшим окружением царя, которое в начале 1917-го года подталкивало его к отречению? Они искренне считали, что это благо для России? Вы нашли для себя ответ на этот вопрос?

— Это непростой вопрос, серьезные историки, наверное, ответят на него лучше. Со своей стороны, я вот что могу сказать. Россия еще в первые годы XX века переживала некое переформатирование, одним из его проявлений стали реформы Столыпина. После отмены крепостного права прошло почти полвека, но система хозяйствования практически не изменилась. В начале века новые принципы хозяйствования через реформы Столыпина стали приходить в Россию. Они постепенно внедрялись инициативными предприимчивыми людьми просто в силу естественного хода вещей.

Эти перемены угрожали состоянию и положению аристократии. Потому что аристократия не могла сама вдруг начать хозяйствовать по-новому, провести промышленную революцию и создать в стране новую экономику. Они уже к этому моменту были в долгах, и многие понимали, что после переформатирования не смогут содержать свои дворцы, огромное имущество, которым они распоряжались. Потомственная аристократия не желала терять свой привычный образ жизни. Они понимали, что их бесконечным развлечениям и вот такому привольному бытию придет конец -если только они не начнут активно противодействовать реформам государя. Николай II, выступавший за постепенное, но неуклонное развитие и обновление страны, в конце концов пал жертвой внешних и внутренних заговоров.

Отказ от традиций как причина революции

— Был ли у России шанс свернуть с этого пути? Понятно, что история не терпит сослагательного наклонения, но тем не менее?

— Им очень приятно оперировать, этим сослагательным наклонением. Думаю, если бы император пошел на радикальные меры, приказал арестовать заговорщиков и силовым методом подавил выступления, то, может быть, ситуация сложилась бы иначе. Но он к тому моменту уже был лишен связи, приказы его не выполнялись, он был изолирован в своем поезде и контролировать ситуацию не мог. Кроме того, император сознавал, что если он запустит силовой сценарий, то реки крови прольются, начнется гражданская война, и тогда мы точно потерпим поражение в войне внешней.

— Все, чего он мог опасаться, в результате все равно случилось — и гражданская война, и невыгодный для России Брестский мир.

— Перед человеком всегда стоит дилемма — может ли он поступиться христианскими принципами ради достижения своих целей. Есть люди, которые могут, а есть те, кто не может. На самом деле, история могла пойти по другому пути в любой момент. Не было бы убийства Столыпина — и все пошло бы совсем иначе. Или если бы не было Первой мировой войны, или, например, мы бы выступили, как советовал Протопопов, на стороне Германии. Арестовали бы англичане снабженного деньгами и оружием Троцкого, не выпустили бы они его — и иначе бы все случилось. Или не был бы Керенский через свою масонскую ложу британским и американским агентом — и арестовал бы и Ленина, и Троцкого. И тогда, пусть и временно, могла бы существовать якобы буржуазная республика. Хотя ясно, что долго она бы не продержалась. Ведь, по сути, Временное правительство состояло сплошь из предателей, подконтрольных британскому послу Бьюкенену. Главной же целью внешних заговорщиков было и остается расчленение России.

— Когда и почему, на Ваш взгляд, Россия стала двигаться к революции?

— Об этом как раз говорится в фильме. В центр картины мы собирались поставить Февральскую революцию. Но причины революции остались бы неясными, если не рассказать сначала о Первой мировой войне. А о войне нет смысла говорить, если обойти предваряющую ее эпоху модерна — эпоху разложения общества, отказа от традиционной культуры, от обычаев и традиций, ослабления веры, перехода в мир развлечений, спиритуализма и гламура. Это и породило все последующие ужасы.

«Петербург 1917-го и «майдан» 2014-го -разницы никакой»

— Своим фильмом Вы заявляете, что и Февральская, и Октябрьская революции — это дело рук сравнительно немногочисленных профессиональных политиков и заговорщиков, а народ в этом участия не принимал и никаких революций не хотел.

— Да, безусловно.

— Но вопрос — а могли ли «широкие народные массы» остановить государственный переворот? И способен ли народ на это сегодня? Мой опыт — а нам вместе с Украиной пришлось пережить две «цветные революции» — показывает, что от народа в такие моменты ничего не зависит.

— От народа никогда ничего не зависит. Только сильное государство, мощная религия, устойчивые традиции и культура — вот эти факторы стабилизируют ситуацию. Хотя я думаю, что если бы у Николая II была возможность достучаться до народа — как сейчас, через Интернет и СМИ при всеобщей грамотности, — то людей можно было бы поднять на защиту государственного строя. Сказать: «Вот тут горстка авантюристов собирается устроить нам веселую жизнь. Давайте поддержим наше государство».

Сейчас расшатать чужую страну изнутри стало труднее, но все равно такие сценарии реализуются, в новейшей истории полно примеров. Применяют все те же схемы, те же приемы, которые придумал и применил в России пресловутый аферист Парвус: нагнетание лжи о ситуации в стране, предательство и подкуп представителей элиты, раздача денег беспринципным людям, которые готовы поорать с каким-нибудь флагом, транспарантом или лозунгом. И щедрые обещания, это очень важный элемент. Выигрывает тот, кто больше обещает, -неважно, насколько это пустые обещания. Уверен, что на Украине было примерно то же самое.

— Именно.

— Эта схема не меняется уже сто лет. Когда я монтировал свою предыдущую картину «Последний рыцарь империи», в Киеве был «майдан». А в фильме фигурировала Февральская революция. И у нас было два экрана: на одном — монтируем хронику 1917-го года, на втором — новости, события в Киеве. Разницы — никакой, ровно одно и то же.

Поэтому я призываю не заблуждаться насчет любых революций. Только эволюция может привести к позитивным результатам, и то не всегда. А уж революции ни к чему, кроме крови, никогда не приводят.

«1991-й — это продолжение 1917-го»

— В фильме есть яркая метафора — о том, что по итогам 1917-го года Россия была нарезана, словно пирог. Внутри страны пролегли границы, появились национальные республики — и потом этот пирог растащили по кусочкам. Как вы оцениваете в таком случае события 1991-го года, когда от России отпали Украина, Грузия, Армения и т. д.?

— Это был результат той самой нарезки 1917-го года, когда империя была поделена на отдельные образования. Причем еще и несправедливо поделена, когда к Украине, например, прирезали Донской бассейн, Одессу. Тогда еще не понимали, конечно, к чему это приведет через 100 лет.

Так что 1991 год — это продолжение 1917-го. Больше того, этот центробежный процесс и сегодня не остановлен. И здесь всего два пути. Либо начнется постепенное формирование некой общности под названием «русская цивилизация» — и тогда, если она будет достаточно привлекательной, отвалившиеся куски захотят снова стать частью этого целого. Либо Запад будет все эти куски постепенно поглощать и переваривать поодиночке.

— Какой вариант более вероятен?

— Мне кажется, Россия постепенно набирает мощь, энергию и авторитет. Это происходит медленно, мучительно, тяжело, с ошибками, но если процесс не остановится, то через годы нашим соседям захочется снова к нам прислониться — и центробежные силы сменятся центростремительными. И тогда Армения, Грузия, Таджикистан, Узбекистан, Казахстан и, тем более, наш единый народ, разделенный на Белоруссию, Украину и Россию, конечно же, начнут подтягиваться друг к другу, если не сливаться.

— Вы сказали вчера, что процесс распада России был приостановлен, когда Иосиф Сталин расстрелял профессиональных революционеров. Чуть позже был создан соцблок, и Россия достигла, как мне кажется, пика своего могущества. Распоряжения Москвы выполнялись в Берлине, Варшаве, Будапеште. У нас были интересы на Кубе, в Африке, в Юго-Восточной Азии. Вы не считаете этот период новым усилением страны?

— Конечно, это было усиление страны.

И нельзя сказать, что весь советский период был кошмаром: страна продолжала жить, люди продолжали творить, развивали культуру и промышленность. Но это была не Россия, это был СССР — насильственная, чуждая людям идеологическая машина.

Потому что нельзя построить сильное, полноценное государство, исключив из него Бога. Религия — это стержень любого государства. И сейчас, когда ослабевает религия в Европе, мы видим развал этих государств, их беспомощность перед мигрантами и терроризмом. А где религия сильна — там все нормально. Сильное государство не может долго существовать без религии и традиционной культуры. В СССР государство было сильное, но религия, которую пытались создать — новая коммунистическая религия, — не работала. И долго так продолжаться не могло.

Интерес молодежи
На большинстве крымских показов фильма «Раскаленный хаос» около половины зрителей составляли молодые люди, в том числе студенты вузов Крыма. После кинопоказа режиссер отвечал на вопросы зрителей, некоторые подходили к автору фильма, чтобы лично поблагодарить за картину, обменяться мнениями о событиях 1917 года, получить автографы и сделать фотографии на память.

«Нужно черпать подходы из прошлого»

— В один из ключевых моментов фильма звучат слова: «Через сто лет Россия придет к осмыслению того, что же на самом деле произошло и что же теперь делать». На первый вопрос отвечает фильм. А на второй у вас есть ответ?

— «Что делать?» Думаю, нужно возвращаться к нашей традиционной культуре, нашему традиционному искусству, к нашему традиционному ведению бизнеса, когда купеческое слово было гарантией и не требовало составления толстенных контрактов. Нужно возвращаться к нормальным деньгам — не исключаю, что нужно снова вводить золотой эквивалент, он прекрасно себя показал, пока не появился доллар, эта ничем не обеспеченная резервная валюта, виртуальная пустышка. Русский рубль при Российской империи был самой крепкой валютой, полностью обеспеченной золотом. Нужно вообще посмотреть на то, как в лучшие свои времена жила Российская империя, каковы были принципы, религиозные и моральные устои. И черпать оттуда примеры, подходы. Но самое главное — это, конечно, нарисовать картину будущего. Наши люди — это не биороботы, они думают не только о себе, их цели не ограничиваются прагматичным «выплатить кредиты и накопить денег». Их можно еще вдохновить — но нужно показать, к чему мы стремимся. Не к тому, что завтра у всех будут высокие зарплаты, большие пенсии, и это сделает всех счастливыми. Не сделает. Человек не становится счастливее от количества продуктов в холодильнике. Наши люди устали без больших целей. Россия не может без них существовать. Это и большевики прекрасно понимали, поэтому и рассказывали о мировой революции и светлом будущем всего человечества.

Нужно конкретно сказать, в чем состоят национальная идея, национальные интересы, миссия России. Потому что Россия — это не просто страна, это русская цивилизация, у которой свой способ жизни на земле. Поэтому нужны большие цели и внятные, четкие, ясные задачи. Мы православная страна, мы собираемся стать великой державой, у нас уже есть для этого все предпосылки. Мы должны сделать то-то, то-то и то-то.

— Была ли национальная идея у Российской империи?

— Конечно, она четко выражалась в трех словах.

— «Православие, самодержавие, народность»?

— Или «За веру, царя и Отечество». У военных была такая формулировка, у народа — своя, у религии — третья, у государства — четвертая. Все вещи были очень просто, внятно, ясно, четко сформулированы. И их знали с молодых ногтей. Вообще, стоит задуматься — может быть, нужно снова раздельное обучение ввести, гимназии для благородных девиц и кадетские корпуса? Может быть, реформы календаря, азбуки, орфографии в России неприемлемы. Я беседовал с русским староэмигрантом политологом Игорем Андрушкевичем, живущим в Аргентине, в Буэнос-Айресе, он часто сюда приезжает, курирует суворовское училище. И нам мой вопрос «Что конкретно нужно делать для возрождения России?» он ответил: «Нужно просто покрыть страну кадетскими корпусами, чтобы воспитать элиту, которая станет строить будущее».

Главная опасность в том, что молодое поколение уже десятилетиями взращивается на совершенно чуждой нам квазикультуре — на американских фильмах, на этих бесконечных чудовищных мультиках с монстрами. Это, конечно, большая беда. И сейчас какие-нибудь Навальные хорошо понимают, как важно завладеть психикой молодых людей. Чтобы через 10 лет, когда им будет по 25-27, они стали революционным материалом, который можно будет бросить в топку, в пасть этим химерам демократии и псевдолиберальных свобод. Поэтому обновление армии, международные дела — все это очень хорошо, важно и правильно. Но главное — не потерять людей. Народу надо вернуть его собственную историю, собственные традиции, религию и культуру…

Из всех своих катастроф Россия выходила сильнее, чем она была до катастрофы. Очень надеюсь, что сейчас мы переживаем именно такой момент и, набрав энергии, сможем восстановить свою страну и превратиться из населения снова в народ.

«Фильм говорит со зрителями цитатами очевидцев революции»

— Вы рассказывали, что уже около 30 лет интересуетесь историей русской революции. Когда именно появился замысел фильма, как он созревал?

— Мой первый фильм «Золотой сон», снятый в конце 1980-х годов, тоже был посвящен этой теме. Но это был, скорее, арт-проект, в нем не было такого глубокого и серьезного содержания. Следующий мой большой фильм «Два капитана-2» вышел в начале 1990-х — и он тоже был об этой эпохе, этих событиях.

— Но в «Капитанах» был совсем другой подход.

— Тот фильм был более задорный, парадоксально-метафизический, даже несколько галлюциногенный, психоделический. Тогда было такое время. Чтобы достучаться до умов и сердец, было нужно говорить на таком языке.

— А сейчас нужен другой язык?

— Да, наступило время для серьезного, вдумчивого анализа. И оно требует осознанного подхода, когда ты отвечаешь за каждое слово. Поэтому мы работали исключительно с проверенными источниками, я встречался с серьезными историками, политологами, культурологами, религиозными философами. И в фильме нет текста, который я бы сам придумал. Мы говорим со зрителем цитатами современников революции. Это подлинные воспоминания очевидцев — и не только известных политиков, историков, литераторов, но и обыкновенных людей — гимназистов, курсисток, даже школьников. Эти цитаты объединены, сплетены в единый массив закадрового текста.

Студенты режиссерского факультета Крымского университета культуры, искусств и туризма фотографируются с Сергеем Дебижевым и директором Фонда «ЯМЭФ» Сергеем Лазуткиным после презентации фильма «Раскаленный хаос» в Симферополе.

«У Крыма есть новая энергия»

— Сколько длилась работа над фильмом?

— Около полутора лет. Семь месяцев занял монтаж — работали практически непрерывно, круглые сутки. Мы должны были сдать картину в 2017 году, к годовщине Октябрьского переворота. 7 ноября состоялась премьера в Москве. Крым увидел картину до федеральной премьеры — и это, как мне кажется, очень важно.

— Почему?

— У Крыма есть новая энергия. Это место, где удалось обнулить негативный исторический опыт, начать новую историю созидания и развития. Когда Крым вернулся в Россию, была перевернута страница заблуждений, трагедий, геополитических недоразумений. И поэтому Крым может показать всей стране пример успешного выхода из исторических лабиринтов лжи.

Россия и сама должна вернуться обратно — в Россию, в свою собственную историю. Чтобы, наконец, начать творить свое будущее, исходя из исторического опыта, вековых имперских традиций и национальных интересов.

Ведь будущее нельзя придумать — его можно только взять из собственного исторического опыта. Россия уже пробовала разные рецепты, которые приходили извне, и, как мне кажется, мы убедились, что эти привнесенные извне программы, идеологии и рецепты развития в нашей стране не работают.

А о Крыме мне по итогам поездки захотелось снять масштабный документальный фильм. О Петербурге я уже снял нечто подобное. Картина называется «Гимн великому городу», я постарался передать в ней красоту Петербурга, его волшебную атмосферу. Теперь хочу снять гимн Крыму — его красоте, истории, людям, которые здесь живут. Чтобы вся Россия после этого фильма увидела Крым по-новому, чтобы мы все лучше поняли, насколько это особое, прекрасное место.

Директор Фонда «ЯМЭФ» Сергей Лазуткин:
— Документальный фильм Сергея Дебижева — это, безусловно, яркий и интересный проект, отражающий взгляд нашего современника на причины революции и крушения Российской империи. В год столетия революции эта кинолента особенно актуальна — как приглашение к широкой публичной дискуссии о роли Октября в истории России и его влиянии на судьбу страны. Привозить в Крым знаковых, интересных людей искусства — это очень важная, значимая, интересная задача, над которой работает Фонд «ЯМЭФ». Мы планируем и дальше развивать это направление.

«Я никого не пытаюсь переубедить»

— Вы назвали «Раскаленный хаос» «библиотекой монтажа». И действительно, монтаж не назовешь даже клиповым — планов еще больше, видеоряд меняется еще быстрее. Как Вы сформировали этот творческий почерк?

— Он сформировался сам по себе. Признаюсь, что я больше ориентируюсь в мировой истории и культуре, нежели в кинематографе. И поэтому у меня нет профессиональных ограничений, которые есть у людей, годами изучавших некие «законы кинематографа», которые якобы нужно строго соблюдать. У меня развязаны руки, я с легкостью могу изобретать новые жанры в кинематографе, могу не обращать внимания на профессиональные условности. Это позволило мне найти собственный киноязык. Он, как мне кажется, очень созвучен молодому поколению, потому что я стараюсь это все делать очень бодро, динамично, ярко, выразительно и одновременно масштабно. Это важно.

— Фильм ориентирован на молодежь?

— Да, я рассчитывал, главным образом, на молодых зрителей. Я не пытаюсь переубедить людей, которые видят события 1917-го года иначе. Наш фильм рассчитан, в основном, на молодое поколение, у которого еще не сформировалась устоявшаяся, окаменелая точка зрения на ту эпоху.

— Фильм черно-белый, в стилистике начала 20-го века, даже движения персонажей на многих кадрах кажутся слегка ускоренными. Вы активно использовали кинохронику?

— Примерно 50% кадров — это кинохроника, подлинные съемки той эпохи. Еще 30% — материал игровых фильмов, как советских, так и российских. И 20% мы снимали специально для этой картины.

— В Петербурге?

— Не только: снимали и в Москве, и во многих музеях. У фильма достаточно обширная география. Собственно, «Раскаленный хаос» — это первая часть проекта. У нас есть еще огромный материал — беседы с выдающимися людьми, с представителями русского зарубежья. В частности, мы встречались в Лихтенштейне с бароном Эдуардом Фальц-Фейном, которому 105 лет и которого Николай II держал на руках. Он очень много интересного нам рассказал. Этот материал никак не должен пропасть -и он войдет в следующий фильм.

— А почему не в «Раскаленный хаос»?

— В этом фильме нет места «говорящим головам». Мы создавали динамичный поток яркой, зрелищной информации и старались избежать скучной пыльной документалистики. Поэтому у нас нет бесконечных цифр и дат, потока фамилий, должностей и документов. Фильм обращается не только к голове, но и к сердцу — мы формировали художественный образ эпохи. А делать в общепринятом формате: чуть-чуть показали хронику, потом кто-то долго говорит, потом на его речь снова накладываются какие-то кадры — это для меня очень скучно. Я надеюсь, что изобрету какой-то особенный формат и для уже записанных интервью — это не будут обычные «говорящие головы», как мы привыкли, там будут свои художественные решения. В любом случае, это будет самостоятельный фильм в совершенно другом жанре.

Календарь публикаций

Март 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    Май »
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031